Глава XI. Существует ли внутривайнахский конфликт?
 
Внутривайнахского конфликта, созревшего по естественным взаимонеприязненным причинам, в природе не существует. Вайнахский народ един по происхождению, языку, мировоззрению и вероисповеданию. Внутреннего антагонизма небыло в прошлом и нет в настоящем. Едина и историческая судьба всего вайнахского народа, в которой было много побед и поражений. Начиная с развала Аланского царства, наш народ старается восстановить свою государственность, чтобы тем самым сохранить целостность и существование нации как таковой. Но исключительно внешние силы препятствуют вайнахам в этих устремлениях на протяжении почти 800 лет (монголы, калмыки, русские).
 
За столь чрезмерно долгий срок, не выдержав напора внешнего врага, в цепи вайнахских обществ успели появиться слабые звенья, не горя уже об отдельных личностях на протяжении истории немало выявлявшихся из среды всех вайнахских обществ, потерявших волю к сопротивлению и вышедших на путь предательства и этнической деградации. Но отдельные личности, к счастью, не влияли на решения и поведение всей общины. Дело было плохо там, где старейшины, возглавлявшие общество, пошли по пути предательства идеи национальной независимости, тем самым, раскалывая политическое единство и разлагая целостность нации.

Секта назрановских старейшин, избравшая подобный путь, описанный нами в данной книге, не прекратила своё существование по сегодняшний день, по причине её востребования врагом в связи с незавершённостью процесса покорения нашего народа - нахчи. Естест-венного внутривайнахского конфликта не существует, он искусственно создаётся внешними силами, руками этнически деградировавшихся вайнахов, ставших, из-за малодушия и потери воли к сопротивлению, на путь предательства, такими как назрановские старейшины и чеченские коллаборационисты.
 
Последним актом деятельности назрановской секты, как мы говорили выше, было удержание галгайского тукхума в составе Российской империи в связи с объявлением народом нахчи о своей национальной независимости. История хотя бы последних лет не прошла даром для простых ингушей. Она ясно дала им понять, что под разными заманчивыми лозунгами, вроде создания собственной республики, возврата земель, улучшения социальных условий, возрождения народа, кроется тихий, скрытный геноцид, не столь заметный для общественности на фоне открытого военизированного геноцида в Чечне.
Раскрытие обмана и коварства сектантов-нацпредателей послу-жило для наиболее активной, религиозной и патриотичной части ингушей толчком к действию, и они стали активнее включаться в национально-освободительную борьбу всего нахчинского народа на сегодняшнем этапе его развития. Это обстоятельство сильно обеспокоило хозяев Кремля, и они вновь подключили к агитационно-идеологической работе членов древней назрановской секты.

Я уже не говорю о нацпредателях из числа нахчи, называемых русскими "чеченцами", так как народ уже оценил их действия как предательство. В Чечне им никогда не удавалось овладеть массовым сознанием народа, и с ними ведётся беспощадная борьба. Но ингушская ситуация несравнима даже с наиболее значимым сегодня бенойским фактором. Мы очевидцы того, как возобладали в последнее время лжелидеры в беноевской среде. Но данный процесс в беноевском тайпе не может имеет долгосрочного характера, по целому ряду причин противодействующих этому процессу. Но механизм внутривайнахского конфликта запущенный российскими спецслужбами в ингушской среде опасен тем, что он может повлечь за собой цепную реакцию, когда объявят себя "народами" и другие нахчинские тукхумы. А потому он более привлекателен для России. И именно поэтому чеченцы и ингуши должны быть предельно благоразумными и осторожными во взаимоотношениях и не должны поддаваться на провокации наших зложелателей.

Руководство России, стараясь удержать свою империю, собран-ную силовым путём покорения множества разных народов, хочет разложить на отдельные части нацию нахчи, чтобы тем самым покончить с её борьбой и противодействием воле империи. В надежде на это, по указке московского Кремля, сегодня вновь возобновили свою деятельность назрановские сектанты-нацпредатели.
В российской региональной газете "Северный Кавказ", №5(665), в феврале 2004 года вышла статья Хамчиева Султана под заголовком "Бога ради, "чеченский брат", оставь ингушей в покое!". Письмо представляет собой ответ на публикацию в газете "Известия" статьи Ильи Максимова "Назад в Чечено-Ингушскую АССР" и выступления Аслаханова по вопросу объединения Чеченской и Ингушской республик.

Противодействие российской стороне насильственно объедини-ть две вайнахские республики, заслуживает одобрения. Но дело в том что, Султан Хамчиев не руководствуется гуманными целями налажива-ния достаточно натянутых на сегодняшний день чечено-ингушских отношений. Он, как раз, тот, кто их подрывал в 70-е годы, в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого века, то есть фактически является членом нацпредательской секты, в чём признаётся и сам: "Я один из организаторов исторического II-го съезда ингушского народа 9-10 сентября 1989 г., на котором было принято судьбоносное решение о создании своей республики в составе России. Историческое выступление об итогах референдума сохранилось в моём личном архиве. Так какой ещё референдум нужен Аслаханову и иже с ним?".

Я стопроцентно согласен с автором статьи, который пишет, что "насильственное объединение Ингушской АО и Чеченской АО ничего хорошего не принесло обоим народам", и категорически против вторичного насильственного объединения Россией этих двух республик. Объединяться они должны без чьей-либо указки, сами, на добровольной основе, и потому абсолютно прав автор статьи, когда пишет, что решение объединиться с чеченцами ингуши должны принимать сами: "Ингуши ни с кем не хотят ни объединяться, ни "воссоединяться". Если такое объединение во благо ингушскому народу, ингуши сами обратятся с такой просьбой".

А как же насчет воссоединения ингушей с Россией? При этом автор упустил из виду, что его личная деятельность и деятельность его товарищей ценой разделения Чечни и Ингушетии не только не привела к возврату исконно ингушских земель, а, напротив, привела к отторжению вайнахских территорий последней республики в пользу России. Я имею в виду деятельность Султана Хамчиева и его соратников в роли организаторов и активных участников судьбоносно-го "второго ингушского съезда". Хуже того, деятельность этих коллаборационистов возобновила затухший, было, процесс самоотго-раживания не только ингушей от чеченцев, но и чеченцев от ингушей. Процесс этот стал реакцией чеченцев на привычку братьев по крови уходить в сторону на всех крутых поворотах истории, когда предстояло пройти через сложную политическую ситуацию и проявить волю и стойкость, когда неизбежна была военная конфронтация с противни-ком, и предстояло заплатить кровавую цену ради независимости и будущего благополучия нации.

Когда в трудную минуту брата нет рядом, он перестаёт быть родным, и народ облёк эту аксиому в поговорку: "Таких братьев у нас в Китае миллиард". Так что, придётся спрашивать не только ингушей, но ещё и чеченцев, захотят ли они сами объединиться с ингушами. Таких, вот, желанных для хозяев московского Кремля результатов смогли добиться правопреемники назрановских сектантов XIX века на заре XXI века.

Я не сомневаюсь, что Султан Хамчиев принадлежит к подрыв-ной назрановской политсекте. Об этом говорят его дела, а также свидетельствуют члены самой политсекты, уже известные нам по этой книге. Нам из данной работы уже известны антинародные настроения Беслана Костоева, перешедшие в хроническую патологию. Так вот, указывая на свою духовную близость и принадлежность С.Хамчиева к нацпредателям, сектантам-лжелидерам, представшими в наше время в лице членов печально известного "Народного Совета Ингушетии", Б.Костоев пишет: "Надо отдать должное одному из активных членов Народного Совета Ингушетии Султану Хамчиеву, плодо-творно и объективно освещающего сложные проблемы ингушс-кого вопроса, внутренних противоречий национального ингушс-кого движения, выступающего против провокационной антирос-сийской деятельности отдельных группировок в Ингушетии, поддерживавших антиконституционный режим Д.Дудаева - З.Яндарбиева - А.Масхадова". (Б.Костоев. Кавказский меридиан. Москва - 2003 г., c.4)

С.Хамчиев вторит Б.Костоеву, напоминая "может быть задремавшим" московским хозяевам, что у объединённого народа может появиться сильный лидер вроде Дж. Дудаева, и что это очень опасно для русского владычества на Кавказе: "А что касается политической целесообразности. Скажу так. У кого из российских политиков есть гарантия, что в объединённой Чечено-Ингушетии не появится новый Дудаев?".

Значит, всё дело в Дудаеве и в провозглашённой им идее свободной от колониального гнёта России вайнахской нации, за которую он отдал свою жизнь. Именно эта идея бросает в жар "премудрого пескаря" Хамчиева Султана, призывающего следовать своей "мудрости" всех ингушей и других нахчи. Но для оправдания своей трусости и предательской деятельности он клевещет на героев, и ищет на стороне виноватого "козла отпущения".

И всё, о чём мы сейчас пишем, относится не только лично к Хамчиеву, но и ко всем его коллегам из секты нацпредателей, как из числа ингушей, так и из числа чеченцев. Но, как мы говорили выше, данная секта не нашла достаточной опоры в среде остальных вайнахских тукхумов, где победила "партия Свободы". И в их среде им дают надлежащую оценку как "нацпредатели", в то время как в ингушской среде они обличены властью, и по этой причине имеют возможность влиять на общественное сознание и раскалывать единую нацию.

Для оправдания своей подрывной сепаратисткой деятельности Султан Хамчиев пишет: "Беда в том, что массовое сознание чеченцев заражено национализмом. Чеченский национализм по отношению к ингушам проявлялся на моей памяти со дня восстановления ЧИАССР в 1957 г. В своей республике ингуши были национальным меньшинством, как бы людьми второго сорта".

Интересно, как могли чеченцы, чьё массовое сознание "заражено национализмом", выдвигать лидеров нечеченской национальности и принимать в своё общество иноэтнические группы. Как пишет другой ингушский автор, историк С.Б.Котиков, не подвластный хамчиевско-сейнароевским чарам назрановской секты, исторические факты свидетельствуют о характерной черте чеченского общества "с массовым сознанием, заражённым национализмом", что, - "когда в 1829 году некоторые чеченские сёла вынуждены были подчинить-ся царским властям, они поставили условие не просить у них выдачи беглых русских принявших ислам". (Котиков С.Б. К вопросу о присоединении Ингушетии к России. // Известия ЧИНИИИЯЛ. Том IX, часть 2, выпуск 1, с.80) В числе укрываемых чеченцами русских беглецов были и сохранившие христианское вероисповедание.

Вряд ли, народы, заболевшие национализмом, могут похвастать-ся такими фактами. Как видим, потворство желаниям завоевателя и самоотречение от основной части народа, как мы говорили и прежде, приводит отколовшееся меньшинство к комплексам неполноценнос-тей, что мы наблюдаем в заявлении С. Хамчиева.

Но есть и другие исторические свидетельства. "По данным СКОМЕСа, тяготение Ингушетии к соседним областям и округам почти не наблюдается за исключением редких поездок на Моздокский и Слепцовский рынки для реализации продуктов сельского хозяйства, но поездки эти носят единичный характер, так как между ингушами и русским населением не прекращается национальная рознь, исключающая возможность хозяйственного и культурного сближения с ним. В особенности это заметно в отношении ингушей и Сунженских казаков, несмотря на то, что последние очень дружны с чеченцами - родственными по национальности ингушам." (Яндиев А.Дж. Владикавказ… с.67) Чем объяснить неуживчивость ингушей с казаками, на фоне вечно кричащих о своих верноподданнических настроениях их старейшин? И чем объяснить добрососедские отношения  вечно воюющих с Россией чеченцев с теми же казаками в мирное время? Эти вопросы адресованы лично С.Хамчиеву и всем его товарищам. Благородство подразумевает великодушие, даже по отношению к врагу. А скупые душой трусы не способны на такие действия. 

Но вернёмся ещё раз к предыстории столь резкого заявления и процессам, происходившим, в вайнахском народе в описываемые С.Хамчиевым времена. Как нам известно, российская империя, начиная с XVIII в. и вплоть до депортации вайнахов в Казахстан и Среднюю Азию, на протяжении 200 лет провела огромную работу по раскалыванию чеченцев и ингушей на два отдельных народа. Но единая судьба, общая трагедия и горе сплотили чеченцев и ингушей во время  депортации  1944 года.  В 1957  году  они вернулись с высылки, осознавая себя единым народом и низводя на нет огромную работу всей имперской машины по разжиганию внутринациональной розни.

В тот период в сознании и чеченцев и ингушей термин "вайнах" наполнился реальным содержанием. Д.Д.Мальсагов, в частности, возобновил свою работу и работу своего предшественника З.К.Мальса-гова по унификации чеченского и ингушского алфавитов и орфографий и созданию единого литературного вайнахского языка. Из Средней Азии и Казахстана наш народ вернулся единым и более сплочённым, чем до этой ужасной трагедии. Это был существенный промах московского Кремля.

Империалисты, естественно, не могли допустить разрастания подобных процессов. А при политике "разделяй и властвуй", как известно, колонисты всегда используют верхушку малочисленной этнической подгруппы для подрывной деятельности внутри непокорного народа-противника. И к скорому времени в республиканс-ких кабинетах власти и в конторах хозяйственных предприятий можно было увидеть наряду с русскими ингушей, чеченцев нечеченского происхождения и представителей крайне малочисленных горных тайпов.

Старая лихорадка вновь охватила "ингушскую интеллигенцию", которой верили простые ингуши, и от имени которых стали требовать для себя особых привилегий псевдоинтеллигенты и псевдопатриоты - "новые ингуши". Психология целой вайнахской этнической группы была ранена навязываемым ей псевдоинтеллигенцией комплексом "неполноценного и ущемлённого народа", страстями, подогреваемыми абсурдными призывами наподобие того, чтобы изменить название республики из Чечено-Ингушетии в Ингушо-Чечению и т.д. Ни одна из множества вайнахских этнических групп не считала себя ущемлённым меньшинством в составе республики, хотя многие из них отличались более оригинальными этнографическими чертами, чем ингуши.

Данные процессы были началом раскручивания политических механизмов, закрученных коммунистами в начале века при создании двух республик. Они действовали исправно, несмотря на то, что положение ингушей в составе Чечено-Ингушской Республики было намного лучше других этнически малых групп нахчинского народа, таких как чеберлойцы, шаройцы, чантинцы, терлойцы, социально-хозяйственное состояние которых пребывало в плачевном состоянии. Но Хамчиев С. преподносит всё в нужном ему и его хозяевам из Кремля свете: "Достаточно сказать, что на момент создания своей республики, в Ингушетии не было ни одной гостиницы, домов культуры, заводов, фабрик, десятки лет не строились школы, дороги, большинство сёл не было газифицировано. Этот перечень можно продолжать бесконечно. Ингушские районы были сырьевым придатком Чечни. Зато строились и благоустраивались чеченские Шали, Аргун, Гудермес и др.".

Вся Чечено-Ингушская АССР была сырьевым придатком России. А город Аргун, в котором я родился и вырос, так же как Гудермес и, тем более, Шали (самое крупное село в мире), были благоустроенны лишь в той же мере, в какой был благоустроен и Назрань. Но в действительно плачевном состоянии находились почти все без исключения районы и райцентры Чечни. А что приобрели ингуши после создания своей республики в составе России, кроме нового комплекса правительственных зданий в Магасе?

После возврата из депортации в Казахстан при воссоздании ЧИАССР многие вайнахские земли оказались в составе соседних рес-публик, и ингушская ситуация не являлась уникальной по отношению к другим тукхумам нашего народа. А аккинцам, помимо того, что их земли полностью (а не частично, как у ингушей) пребывали в составе соседней республики, вовсе запретили возвращаться в родные сёла. Но, несмотря на это, "ингушская интеллигенция" со своей ущемлённой психологией рассуждала и действовала так, как будто только их лишили части территории, а чеченцы, мол, "жируют" в собственной республике и не болеют за трагедию братьев.

Митинг, требующий возврата ингушских земель, переданных советской властью Северо-Осетинской АССР, по логике должен был проходить в столице этой республики. Но "ингушская интеллигенция" почему-то решила провести его в Грозном. Чеченцы приносили митингующим еду, тёплую одежду (события происходили зимой в феврале месяце), сами принимали в нём участие. Затем в республике была объявлена чрезвычайная ситуация и введены спецвойска хладнокровных убийц из Ростова-на-Дону, известные в народе позднее под названием "Краповые береты". Те самые, что в преддверии развала СССР давили танками мирных людей во всех взбунтовавшихся республиках. А в ЧИАССР тогда, в начале 70-х годов прошлого века, исчезло много людей из числа чеченцев и ингушей. Трагедия была общенациональной, а не исключительно ингушской.

Ингуши, которых планомерно вытесняли из Пригородного района Северной Осетии, поселились в населённых пунктах Сунженского и Малгобекского районов и даже обосновали новые сёла, такие как Новый Редант, Зязиков-Юрт. Естественно вследствие этого ингушское население в этих двух районах стало преобладать над чеченским. Таким образом, российские империалисты затягивали узел "злым чеченам", сгоняя мирных вайнахов-ингушей со своей исконной территории на общенахчинскую территорию и, тем самым, стесняя всех вайнахов и создавая конфликтные зоны. А ингушские псевдопат-риоты радовались "мирному" приобретению новых территорий.

Чеченцы не сразу поняли сложившуюся обстановку, ведь, по их мнению, они приютили своих родственников, а не представителей "другого народа", какими видели себя "новые ингуши", хотя в лицо заявляли: "Вай цхьа вежарий ду, цхьа къам ду" ("Мы одни братья, один народ").

Но в начале 90-х годов выяснились истинные намерения "новых ингушей", которые чеченские власти пресекли возможными средства-ми и не допустили разрастания внутриэтнического конфликта. А нахальный С.Хамчиев возникает по этому поводу: почему, мол, его коллегам не позволили и дальше проводить работу по планомерному сокращению общевайнахских земель. Иначе не расценишь его высказывания вроде: "Ингуши хорошо помнят, как в 1992 г. ингушских беженцев, бредущих с гор, обмороженных, раненых, голодных, чеченцы не пустили в Серноводск, встретив их, вооружившись вилами, лопатами, палками. Несмотря на это, ингуши приютили сотни тысяч чеченских беженцев".

Чеченских беженцев, как раз - таки, никто и не приютил, это российские войска устроили загон бегущим от войны чеченским детям, старикам и женщинам в холодных палаточных лагерях у подножья Сунженского хребта на их же собственной нахчинской земле. Те из чеченцев кто оказался более или менее состоятельным, снимают под квартиры, за баснословные по местным меркам цены, подсобные помещения. Описывая события 1992 года, Султан Хамчиев забыл сказать, что вслед за ингушскими беженцами брели осетинские головорезы и российские войска. Именно их встречало население Серноводска вилами и лопатами, то есть подручными средствами обороны. Да, ингушей не пустили в приграничное с Россией село, их пропустили дальше в столицу республики Грозный и поселили в её лучшей гостинице "Кавказ", в санаторных корпусах и частных домовладениях, а не в холодных палатках и не за деньги.

В приграничное село ингушей не пустили потому, что на памяти одного поколения ещё свежи были примеры политического механизма по планомерному сокращению общенахчинских земель. На первом этапе сценария этой изощрённой политтехнологи, как слабое звено в цепи вайнахского народа, сгоняют со своих исконных земель ингушей, которых планомерно теснят на восток, вглубь вайнахских земель. Естественно, чеченцы братьев-ингушей принимают, и те заселяют определённую часть приграничных вайнахских земель. Затем, когда они достаточно осваиваются на ней, объявляется о создании отдельной ингушской административно-политической единицы, к которой, естественно, отходят и заселённые ингушами земли.

На следующем этапе развития сценария данного политического спектакля, когда сменилось несколько поколений, и закрепился статус-кво, ингушей вновь лишают силовым методом определённой части земель, беженцы с которых вновь заселяют приграничные чеченские территории, отказываясь при этом поселиться во внутренних районах Чечни, и всё повторяется заново.

Весь сценарий рассчитан на то, что чеченцы естественным образом примут на своих землях потерпевших горе братьев-ингушей. Напрямую силой заселять чеченскую землю русскими или осетинами неэффективно, как показывают уроки истории, им всё равно их приходится покидать. Но с родственниками, ведь, так не поступишь. С историей чеченцы не дружны, и потому этот приём применили на них не впервые, в чём убедится прочитавший хотя бы предыдущие главы этой книги. И если бы повременили, может быть, этот трюк прошёл бы ещё раз. Но в 1992 году на памяти одного поколения ещё свежи были события, происходившие на их глазах со дня возвращения из депортации и до объявления отдельной Ингушской Республики в составе России. На сей раз "новые ингуши" со своими кремлёвскими хозяевами немного поторопились.

С.Хамчиев, будучи привержен к методам древней назрановской секты нацпредателей, подобно своим предшественникам, старается оправдать существование двух родственных вайнахских "народов": "Мы хорошо помним, как чеченцы заявляли нам, что нет такой нации, как ингуши, а есть девятый чеченский тукхум (род). Очевидно, вайнахи-бацбийцы, живущие в Грузии, - десятый чеченский тукхум".
Чеченский, нечеченский! Вот вся проблема для подобных Хамчиеву людей, но не для истинных патриотов своей нации, вроде Чаха Ахриева, Заурбека Мальсагова и многих других. Если Хамчиева не устраивает то что, не восемь, как он говорит, а девять чеченских тукхумов называют ингушей ещё одним из своих чеченских - нахчинских тукхумов (здесь под чеченцами понимаются все вайнахи-нахчи - Б.Дж.), то пускай называет чеченцев в дополнение к, всего лишь одному, существующему ингушскому тукхуму, оставшимися девятью ингушскими тукхумами. Главное, что мы один народ. Это факт! Но кому бы, как бы это не нравилось, общенациональное название нашего народа с древнейших времён - нахчи.

И далее: "Да, ингуши и чеченцы - два близкородственных народа, такие же, как русские, украинцы, белорусы. Никто же не требует всех славян объединить в одно государство или же объединить тюркские народы, скажем, балкарцев и карачаевцев в одну республику".

Интересно, в каком мире живёт С.Хамчиев, раз ему неведомо о пантюркизме и то, сколько пролито в мире крови ради достижения политического единства генетически родственных этносов. А русские до сих пор не теряют надежды подмять под себя не только всех славян, но все народы Европы и Азии, т.е. евразийского пространства, даже не спрашивая их желания. На украинцев и белорусов, которые, как раз - таки, являются отдельными славянскими народами, в отличие от чеченцев и ингушей, составляющих один народ - нахчи, русские имеют особый вид, о чём свидетельствуют события этого года вокруг выборов в двух их республиках.

Предательство же частью ингушей (представителями шести назрановских фамилий) интересов своего народа нахчи, которое обернулось непреодолимой преградой для основной части ингушей на пути их сопротивления российским колонизаторам, наравне с остальными вайнахскими тукхумами, автор статьи считает разными историческими путями развития. Но на самом деле он оправдывает трусость и раболепство, свою и своих предшественников, которые легли клеймом на всех ингушей. Это ясным текстом прослеживается в одной из цитат его статьи: "Да, мы родственные народы, но каждый со своей исторической судьбой. Ингуши добровольно вошли в состав России в 1770 г. И с тех пор никогда ей не изменяли, чего нам чеченцы простить не могут до сих пор.

Ингуши участвовали во всех войнах, которые вела Россия, проявляя при этом чудеса героизма. На каждые 10 тысяч населения перед Октябрьским переворотом у ингушей было по одному боевому генералу, сотни Георгиевских кавалеров, в том числе и полных.

Когда Чечня была завоёвана Россией, ингуши уже около 100 лет жили в составе России. Для ингушей это был способ выживания этноса".

Никто в мире не может простить предательства кровного брата. А выживают ценой пролитой крови родственников только самые подлые и аморальные трусы. Это не обвинение в подлости всех ингушей, а адресное обвинение тех старейшин и руководителей, кото-рые, пользуясь импульсивным характером и неграмотностью простых людей, толкали ингушей на необдуманные поступки и вражду с братьями взамен непредсказуемой "милости" врага. Но благоприятное время для вводящих в заблуждение собственный народ ингушских нацпредателей прошло. Ситуация изменилась.

Если до и во время Кавказской войны основной помехой окончательной консолидации ингушей с чеченцами была религия, так как в то время ингуши ещё окончательно не приняли Ислам, а стержнем национально-освободительной борьбы чеченцев была рели-гиозная идея Джихада (устремление к истине и противодействие пося-гательству на свой образ жизни), то в наше время  в среде ингушской массы всё больше распространяется и укрепляется понимание единобожия (тавхида), как идеологии истинной религии Ислам.

Перед депортацией в Казахстан и Среднюю Азию истинной ингушской интеллигенцией, вразрез национальной политике комму-нистов, было достигнуто понимание этногенетического единства чеченцев и ингушей. Чеченской и, прежде всего, самой ингушской интеллигенцией велись работы по естественному и безболезненному сближению двух ветвей одного народа. Выборочная депортация из числа кавказских народов чеченцев, ингушей, балкарцев и карачаевцев выявило отношение именно к этим народам хозяев московского Крем-ля и укрепило в этих народах осознание своего единства. Выслу-живание перед врагом на протяжении сотен лет назрановских старейшин и "сотен Георгиевских кавалеров", как пишет Хамчиев С., не переубедили Россию, что "ингуши" не "чеченцы".
Из депортации наши отцы вернулись, осознавая себя единым народом. Но что было потом, мы знаем. Мы вновь позволили себя обмануть. Хотя ничего не проходит напрасно, и недавний обман во всём его коварном обличии вновь обнаружился ингушам, благодаря событиям последних лет и преднамеренному втягиванию ингушей наряду с чеченцами в очередной масштабный геноцид. Хотя война идёт в Чечне, но тихий, необъявленный геноцид не только чеченцев, а также и ингушей уже идёт сегодня на улицах ингушских сёл, причём, руками тех, кто всегда предавал свой народ.

И теперь, оглядываясь на десятилетие назад, благоразумные и патриотичные ингуши обнаруживают коварный обман. Ингушские лжелидеры предложили народу этнический раскол и российскую кабалу, взамен на мнимый возврат утраченных земель и признание насильственной депортации и уже минувшего геноцида в середине XX века. Чеченские лидеры во главе с Джохаром Дудаевым предлагали народу независимость, зиждущуюся на единстве и справедливости, облечённую в форму лозунга: "Маршо, нийсо, барт!!!" ("Свобода, справедливость, согласие!!!").

Джохар предупреждал членов бесконечных ингушских делега-ций, что никакого возврата земель и признания геноцида не будет, что плачущий и унижающийся враг вызывает лишь чувство презрения, что спасти вайнахов от самочинного произвола российской империи может лишь собственное независимое государство и гарантии международ-ного сообщества. Но делегаты были глухи к призывам. Их оглушили обещания российских приспешников вернуть утраченные земли при условии создания отдельной республики в составе России. Российская спецслужба при посредничестве своих раболепствующих приспешни-ков из числа ингушей, этих коварных лжелидеров, гнала ингушей на конфронтацию с чеченцами, чтобы довести дело до кровавой внутри-национальной развязки, предназначенной поставить крест на вайнахс-кой нации.

Джохар Дудаев и его команда осознали, что на данном этапе им не удастся убедить ингушскую сторону в опрометчивости предприня-того ими шага, а также предвидели коварные замыслы России по отношению к нашему народу. Поэтому, во избежание кровавого конфликта и ради сохранения добронравных отношений между чеченцами и ингушами, командой президента Чеченской Республики Ичкерия во главе с самим президентом Джохаром Дудаевым было решено не препятствовать ингушам в создании собственной республи-ки. Впервые за двухсотлетнюю историю подстрекательства Россией ингушей против чеченцев, не поддаваясь эмоциям и тем самым не оставляя повода подстрекательствам третьей стороны, чеченскому руководству удалось пресечь кровавую развязку.

Чеченское политическое руководство не видело ничего плохого в том, что нахчинский народ будет иметь несколько политических образований. Но имперская Россия не собирается отпускать ту ниточку, которую нащупала две сотни лет назад, пока от вайнахского народа не останется ничего. Ещё до русских, нащупав слабый участок, брешь в западной части вайнахского этноса пробили монголы, расколов наших предков на несколько частей, из которых затем сложились новые народы. И ингуши - это лишь очередное звено.

Как естественное последствие создания двух республик стал вопрос границ, вопрос национально истории, культуры, этнической структуры и т.д. И чем дальше - тем больше неразрешимых вопросов. Ингушские лжелидеры, также как и чеченская оппозиция, расценившая компромиссные действия Дж. Дудаева и его команды как слабость, и, почувствовав безнаказанность, без меры распоясались. Особо остро встал тогда вопрос границ. И это в то самое время, когда те же псев-допатриоты и лжелидеры заманили ингушей в российско-осетинскую ловушку и заставили их надолго распрощаться с родной землёй, обещая вернуть которую они откололи ингушский тукхум единой нахчинской нации и заволокли его в стан врага, в Россию. Приходится лишь удивляться доверчивости и наивности простых людей, по причине чего мы становимся жертвой вражеских интриг. Ведь, не по вине чеченцев сократилась западная вайнахская территория, также как и восточная, где чеченцев-аккинцев тоже лишили родины. Это враг планомерно наступает на землю вайнахов, а помогает ему в этом низкий уровень национального самосознания большей части вайнахов.

Лишь с приходом к власти в Ингушской Республике благоразум-ного Руслана Аушева, ингушскому и чеченскому президентам удалось заморозить искусственный конфликт, отложив размежевание границ на неопределённый период. Джохаром Дудаевым и Русланом Аушевым также была принята договорённость, что впредь, если граница когда-нибудь будет проводиться, то она должна пройти по состоянию линии границ на 1934 год, когда были объединены две области - Чеченская и Ингушская.

А сегодня, когда не просто президента Ингушской Республики, а действительно народного лидера Руслана Аушева вынудили преждевременно покинуть свой пост, на который, "по воле сверху", усадили угодного центру Мурата Зязикова; когда идёт планомерная травля чеченских беженцев и откровенный геноцид всего вайнахского этноса - народа нахчи; когда обещанные вернуть ингушские земли законодательно уступаются в пользу Республики Северная Осетия кремлёвским ставленником Зязиковым; когда военизированным террором всего государственного механизма Российской империи вытравливается национальный дух вайнахов как среди чеченцев, так и среди ингушей, - сегодня среди тех ингушей, кого не удалось запугать и кто сумел сохранить твёрдость духа и ясность рассудка, приходит осознание того, что вернуть утраченное и сохранить себя как индиви-дуальный народ можно лишь объединёнными усилиями, лишь тогда, когда опираешься не на милость врага, а на помощь и взаимопони-мание брата.

Остаётся надеяться, что у ингушей появится в ближайшем будущем не продажно-марионеточное, а действительно народное руко-водство, которое поймёт, к каким плачевным конечным последствиям ведут с виду заманчивые процессы "созидания нового ингушского народа". Это, прежде всего, приведёт к нивелированию этнической самобытности самих ингушей, так как в лоне огромной империи, чей государственный механизм настроен на ассимиляцию малых народов, ингуши не имеют шансов на сохранение индивидуальных этнических черт.
В заключении главы повторюсь, что в природе не существует естественного внутривайнахского конфликта. А шершавость в отноше-ниях чеченцев и ингушей, это последствия имперских устремлений России по искусственному раздуванию внутривайнахского конфликта. И теперь в основном от самих ингушей зависит, будет ли этот процесс остановлен ими, на себе же и повёрнут вспять.
Чеченцы, решительно избравшие курс на окончательную неза-висимость от Российской империи, не могут позволить ей спеку-лировать чем-либо по отношению к себе и допустить разрастания про-цессов, ведущих к расщеплению своей единой нации и растворению его частей в общероссийской людской массе. Это значит, что чеченцы будут добиваться взаимопонимания со стороны всех родственных тукхумов и искать компромиссы. Но никому не будет позволено растаскивать общенахские духовные и материальные ценности, а тем более территории, по тукхумно-племенным квартирам в пользу России, ради избежания окончательного краха нашей нации.

Сопротивление физически слабого противника теоретически может быть на каком-то этапе сломлено. Но народный дух непобедим, и народ, чей дух жаждет свободы и отдаёт за неё лучших сыновей, имеет перспективу и шанс на победу. Только нет никаких перспектив у раболепствующих предателей своего народа и его идеи. А Россия, устаревшая и нежизнеспособная империя, не будет, по воле Всевыш-него, вечным гегемоном в Кавказском регионе.