Нахские (или чечено-ингушские и бацбийские) племена известны на Кавказе с очень давних времен . О древнейшем бытовании предков чеченцев и ингушей на современной территории говорит и наличие собственных названий флоры и фауны, топонимики и гидронимики, ряда этногеографических понятий, отраженных в языках вайнахов.Особенность фольклорной поэтики вайнахов состоит в многочисленных попытках приписать появление предков вайнахов на Северном Кавказе из Передней Азии, в частности, из Сирии, а строительство высотных башен в горах связать с греками, которые известны вайнахам под этнонимом – «джелт» – «грек» («джелти» – «греки»). Но научные данные свидетельствуют о том, то вайнахи являются коренными жителями центральной части Северо-Восточного Кавказа.«Хевусуры, – писал царский офицер, – говорят вообще древним грузинским языком, но все, живущие по северному склону Главного хребта, употребляют между собой кистинский (чеченский)…» и далее: «Вообще, лезгинский и чеченский языки следует считать за господствующие между всеми кавказскими горцами восточной части края» .Чеченцы, ингуши и бацбийцы родственны другим народам Кавказа, имеют с ними много общего. Первые сведения о предках этих народов встречаются в древних греческих, армянских, грузинских источниках и русских летописях .В исторических документах они упоминаются под разными названиями: например, под этнонимами мичкизы, буртели, шашане, нахчматьяне, шабутяне, кистинцы понимались чеченцы; под дзурдзуками, джейраховцами, назрановцами, макхалонами, цори – ингуши; под тушинцами (тушинами), вабой (ваьппи) – бацбийцы; под панкиссцами – представители кистинского диалекта, проживающие в южной Грузии; под ауховцами или акинцами – носители аккинского диалекта, проживающие в Хасав-Юртовском районе Дагестанской АССР.В 2Армянской географии», написанной в VII веке нашей эры, перечисляются 53 названия кавказских народов. Среди них встречаются «нахчиматьяны», т.е. «чеченцы» («нахчий мотт» – чеченский язык), «кусты» («кисти» – от племенного названия «кей//кий», где «ст» – топонимический суффикс) – так называли горных чеченцев грузины (ср., например, М1аисты, Мелхисты – местности в горах, где проживали представители майстинского и мелхинского племен).Последнее название, установившееся за крупнейшим нахским народов – «чеченцы» – распространилось с XVII века от топонима «Чечен» – села, находящегося в настоящее время в Грозненском районе ЧИАССР.При селе Чечен русское войско, участвовавшее в персидском походе под предводительством Петра I, впервые встретилось с племенем нохчий. На месте села Чечен в XIII веке была ставка татаро-монгольского хана Сечена//Чечена (ср. тюрк. «чечен» - «красноречивый, оратор, говорливый, крикун»). Этноним же «нохчий», как себя называют чеченцы, увязывается первым историком из чеченцев У. Лаудаевым со словом «нехч» – сыр, то есть «нохчо» – «сыродел» или «потребитель сыров», что, конечно, является малоубедительным, поскольку в искусстве изготовлять сыры чеченцам не уступали и другие народы Кавказа .Заслуживает внимание и довольно интересная этимология данного этнонима на базе андийского языка, где «чи» означает «человек», то есть, чеч. «нах» («народ») + «чи» («человек»). Таким образом, «нахчи» представляет собой этноним из двух компонентов. Известно, что андийцы – одно из аварских племен, давние соседи чеченцев, граничившие с носителями древних чеченских диалектов – чеберлоевского и веденского. Страна Андиа упоминается как соседка древнего государства Урарту.На наш взгляд, этноним нуохчуо-нуохчий восходит к нуохчийчуо, то есть, букв. «место чеченцев».Этноним «ингуш» также происходит от названия села. «Одним из первых ингушских поселений, – сказано в исторической литературе, – вероятно, было село Ангуш или Ингуш, находившееся в Тарской долине на месте нынешнего села Тарское. От села Ангуш происходит название народа – ингуши, появившееся впервые у кабардинцев в XVIII в., от которых оно было заимствовано и русскими» .По мнению специалистов, «Ангушт» – «место, откуда виден горизонт» («ан» – горизонт, «гуш» – видный, причастно-деепричастная форма, «т» – Вайнахский топонимический суффикс) . Само же название ингушей – «г1алг1ай», по-видимому, от слова «г1ала» – «город, крепость, башня», то есть, «жители башен».Автор топонимических словарей А.С. Сулейманов переводит этноним «г1алг1ай» как «щитоносцы», где «г1алг1», по его мнению, означает «щит». Причем, им же в чеченском языке выделяется средневековая военная территория, связанная с названием оружия, часть из которой легла в основу названий отдельных племен или тайпов: «пхьой//пхьархой» – «лучники» (пха – «стрела»), «ширдалой» – «пращеносцы» (ширдулаг – «праща»), «ч1уохой//ч1ухой» – «копьеносцы» (ч1у – «копье, шомпол») и другие.В чеченском языке имеются и другие названия племен, связанные с родом занятий: «дзумсой» – «племя, изготавливающее телеги» (дзум – «горная телега»), «нихалой» – «бражники, племя, изготавливающее брагу» (них – «брага»), «б1овлой» – «башенники, племя, занимающееся строительством боевых башен» (б1ов – «военная башня»).Носители третьей языковой единицы называют себя «бацав//бацба», ингуши же и чеченцы называют их «бацба» (мн. ч. «бацой»), соседние кистинцы – «вабо» (мн. ч. «вабой»). По мнению проф. Ю.Д. Дешериева, этот этноним связан со словом «буц» – «трава» . По преданию, они пришли из горной Ингушетии и считаются выходцами из Фяппи (так называлось общество Джейрах).Интересно, что тушин, поклонявшихся божеству Туш, называют «тушбацой» или «ч1агма» – «тушины», а поклонявшихся божеству Ц1у – «ц1убацой».Причем нужно отметить, что Туш (ср. чеч. «Тушоли») – «богиня деторождения», а Ц1у – один из богов чечено-ингушского языческого пантеона. В начале прошлого столетия из-за наводнения бацбийцы перебрались в Кахетию из четырех сел, расположенных в живописной Ц1овской котловине, называемой Ц1овата. По-видимому, как ч1агма – тушины (или туш-бацой), так и грузинские племена пшавы и хевсуры, учитывая мнение академика Н.Я. Марра, «грузинированные племена чеченского народа» .Грузинские ученые Г. Утургаидзе и А. Чинчараули – исследователи горских диалектов грузинского языка Восточной Грузии – также отмечают их тесные исторические языковые связи .Об этом говорит и лингвистический анализ этнонимов «пшавы» и «хевсуры», где «пша» – по-бацбийски «лед» (ср. чеч., инг. – «ша/ше»), «пшавы» – букв. «ледовики», то есть, «люди, проживающие у ледников», а «хевсуры» – «войско, стражники ущелья» (ср. чеч. «хе», кист. «хеу//хев» – «ущелье», «сур» – «войско»). С нахским языковым материалом увязывается и этноним «сваны», которых вайнахи называют «шоьной» (ед. ч. «шоьн»), (ср. инг. «шоьй», кист. «шуоно//суоно, свано»), где «шу//шоь» означает по-чеченски «холм, возвышенность, обрыв» (ср. «шуьто» – «шатоевец», житель горного района Чечни, «шу т1е», то есть, «на возвышенности»). В Ингушетии имелось и село Шоана, на правом берегу Арамхи. Из Шоана переселились на равнину фамилии Шанхоевы.Как свидетельствуют источники, «… дом живущего в достатке чеченца построен обыкновенно из известняка в два этажа под плоской крышей. В нижнем этаже помещается хлев и кухня. К верхнему этаже, отступающему на сажень назад, снаружи ведет каменная лестница. Этот этаж делится на четыре помещения, из которых первое у входа, самое большое, имеет 12 шагов в ширину и до 20 в длину. Тут стоят несколько деревянных кроватей и высокие кадки, выдолбленные из целого дерева, диаметром в два-три фута, где хранятся пшеница и кукуруза; тут же стоят громадные мешки, набитые шерстью. Налево из этого помещения гостиная или кунацкая с двумя кроватями, несколькими сундуками и полками по одной стене на другой висит разного рода оружие; пол тут, как и во всех комнатах, земляной, но здесь он покрыт ковриками. К кунацкой примыкает маленькое помещение для хозяйственных принадлежностей. За всеми этими комнатами расположена громадная кладовая, таких же размеров, как входная комната. Тут опять стоят кровати и громадные сундуки грубой плотницкой работы, сколоченные когда-то пленными русскими солдатами, несколько больших чанов, наполненных чеченским сыром, две-три высокие кадки с кукурузой. К стенам прикреплены тазы, тарелки и посуда разной величины, а к потолку на больших деревнях крючках привешены слегка прокопченные курдюки и надхребетные части хорошо выкормленных баранов» .У горцев особенно тяжкой признается кража спускающегося к очагу цепи того железного четырехножника, на котором печется хлеб, – писал М. Ковалевский .Счет дворов в чеченских аллах велся по дымам. У чеченцев гостю подаются голова и грудинка зарезанного для них барашка.Четверть века прослужил на Кавказе (с 1842 по 1867 год) царский офицер А.Н. Зиссерман, несколько лет проживший и в Чечне. В своей трехтомной книге «Двадцать пять лет на Кавказе», вышедшей в свет в 1872 году в Санкт-Петербурге, он так описывает обед в ауле Цори у старшины чеченца Бехо:«Хозяин приказал зарезать теленка, который и был поставлен перед нами, сваренный в чугунном котле; вместо хлеба подали в другом котелке вареные лепешки, вроде малороссийских галушек. Строго соблюдая чеченский обычай, Бехо ни за что не согласился сесть с нами ужинать и все время стоял, прислуживая нам; подавая кому-нибудь воду, он снимал папаху и не надевал, пока не возвращали ему кувшина» .Заслуживают внимания и такие детали, приводимые А.Н. Зиссерманом:«Было еще темно, когда мы согрели наскоро в медном чайнике воды, напились чаю и стали торопиться с отъездом». Следовательно, и в чеченском доме сто тридцать-сто сорок лет назад пили чай.Не раз видел царский офицер, как чеченцы на шомполах жарили шашлыки из мяса тура. Крайне интересно следующее наблюдение:«При входе в дом чужого все встают, а входящий говорит:- Садитесь, садитесь, вставайте перед врагами».Расшифровывалось это так: сидите спокойно, пришел друг; при появлении же врага надо немедля встать, чтобы быть готовым к решительным действиям. Именно так, по наблюдениям Зиссермана, вели себя уздени (уз-дени), что буквально переводилось «зависящий только от себя».Обычная пища чеченцев – кукурузная каша, пшеничная похлебка, сыр, молоко. Из напитков в употреблении буза.Довольно прочно у чеченцев держался культ очага: невесту в доме мужа прежде всего подводили к очагу, «убийца, вбежав в дом убитого и схватившись за подочажную цепь, становится неприкосновенным», –так писали исследователи А.Ф. Ляйстери, Г.Ф. Чурсин в «Географии Кавказа», увидевшей свет в Тифлисе в 1924 г. они неоднократно подчеркивали, что чеченцы – неприхотливый, выносливый народ .«У чеченцев сакля – вещь священная, всегда открыта и летом, и зимой, готовая принять гостя» .О гостеприимстве и кухне чеченцев и ингушей написано довольно много. Особенно о пище вайнахов было написано много, собрано большое количество полевого и археологического материала, а монография профессора И.Ю. Алироева отразила все понятия, связанные с пищей вайнахов (мясной, молочной, растительной), посуду и так далее .В данном исследовании мы попытались дать более обширные данные о пище вайнахов – чеченцев и ингушей – и связанные с нею понятиях.